«И нет Силы там, где нет простоты, добра и правды»
книги автора
7.
      Все счастливые семьи похожи друг на друга. Примерно до тех пор, пока младшенький не приволочёт из далёкой-далёкой галактики:
      а) пятерых людей;
      б) двоих не совсем людей;
      в) одного далеко не, ну, буквально вообще не человека;
      г) и ещё парочку дроидов.
      Итого: стадо в десять голов. На одну хоть и трёхкомнатную, но очень маленькую квартирку. К тому же, тёткину. Которая хоть и отличная тётка, но… будем всё же реалистами: здесь такую ораву поселить невозможно.
      И это было первым, что пришло мне в голову после того, как все отобнимались, отвосторгались и немного успокоились.
      А вторым… во вторую очередь я подумал, что всё-таки сбрендил. От разных там переживаний, космических путешествий, сражений с Лордами ситхов и прочего стресса.
      Тут, видимо, придётся чуточку прерваться и рассказать мою историю. Для тех, кто пропустил предыдущую серию мемуаров. Очень-очень кратко, обещаю.
      Итак, зовут меня — Максим. Для друзей — всё равно Максим. А вот в соцсетях и видеоиграх известен под ником «Мак». Именно так меня и называли, когда я угодил в мир одной из своих любимых игр — «Рыцари Старой Республики».
      Угу. Вот так банально. Вечером погонял ролёвку про «Звёздные войны», вроде как заснул, а проснулся уже в игре. На космическом корабле, в момент атаки ситхов. В теле главного героя: великого джедая Ревана. И с его навыками, пусть далеко не в полном объёме. Ну, и как-то оно понеслось-закружилось… драки, погони, война. В общем, я выжил, вжился и пару месяцев спустя даже одолел главного злодея игры: Дарта Малака. А по дороге обзавёлся световым мечом, звездолётом по имени «Варяг», владением Силой и целой командой друзей.
      «Классическое попадание в воображаемый мир», как говорит мой любимый земной писатель.
      Если не считать той мелочи, что потом я проснулся. У себя дома, и в нашем мире прошла, как выяснилось, всего одна ночь. Вот только классические воображаемые друзья оказались рядом, совершенно во плоти. Вся команда.
      Я сел на уголок в прихожей. И сидел минут, наверное, пять. Тупо уставившись в одну точку и не реагируя на попытки друзей как-то меня разговорить.
      Пока Миссия Вао, мелкая и вредная девочка-твилекка, не протолкнулась поближе и не отвесила мне крепчайшую пощёчину. И ещё одну. И третью.
      Но третью я уже перехватил. Мне уже было достаточно.
      - Ай! — пискнула Вао. — Мак, ну отпусти, ты чего?
      Некоторое время она балансировала в неустойчивом равновесии. Затем я разжал ладонь, выпуская её руку, и сказал:
      - Извини. Спасибо. Хватит.
      - Вот, — сказала девчонка, потирая запястье. — А я… ну, ты же не обиделся? Глаза, прям как у убийцы. Я же не сильно, а просто, ну, знаешь ли… ты так сидел.
      - Нормально, — сказал я.
      - Мак… — сказала Бастила Шан, обеспокоенно склоняясь ко мне, — в самом деле: как ты?
      - Всё нормально, — повторил я, вдыхая тонкий аромат её каштановых локонов.
      Наверное, вымыла голову… когда только успела? Ну да, и Миссия тоже в ванной сидела, помню. Мы же все были грязные, в копоти и крови после последней схватки на руинах Храма Древних. Хотя я же спал потом… Мне крепко досталось в том бою, ребята лечили меня Силой. Интересно, нас сразу выкинуло сюда, на Землю, в реальный мир? Как я отрубился — получается, игра закончилась? Как же они тут… адаптировались?
      Я откинулся спиной на зеркало, новым взглядом осматривая команду.
      Миссия Вао. Свежевымытая, синекожая, со смущённо поджатыми лекками. Бывшая беспризорница, ныне — самый юный, но всё равно уважаемый член коллектива. Стоит, прижавшись к своему другу-телохранителю, Заалбару.
      Вуки. Мускулы и шерсть. Здоровенный, очень здоровенный. Но совсем не злой. Отрывает руки только плохишам, и то не каждый день. Изгнан родным племенем… и, ей-богу, племя потеряло больше, чем Заалбар.
      Карт Онаси. Друг. Иногда — жуткий нытик и зануда. Но всё равно солдат Республики, до последнего вздоха. И отличный пилот. Люди подобного склада часто спиваются, но этот поворот, надеюсь, мы уже миновали. Я выручил его сына, Дастила, в Академии ситхов на Коррибане, чем заслужил особую преданность и доверие.
      Рядом с ним Траск Ульго, тоже республиканец. Должен был погибнуть в самом начале, его спасло моё послезнание событий игры. Потом он долго не мог освоиться, тупил, попал в плен на вражеский флагман, «Левиафан». А мы его из плена вытащили. А Траск помог захватить «Левиафан»… в этой истории все спасали друг друга.
      Дальше, у входной двери — Кандерус Ордо. Мандалорец, любитель тяжёлых бластеров и тяжёлых слов. Тоже друг, как ни странно. «Странно» — потому что именно я-Реван разбил объединённые Кланы в Мандалорских Войнах. В смысле, это для нормальных людей странно, а упёртый вояка не мог не зауважать такого достойного противника. Мандалорец нуждался в герое, на которого можно смотреть снизу вверх. Даже демонстрируя прямо противоположное отношение.
      Т3-М4 и ХК-47. Тэтри и Хикки. Дроиды. Один хакер, второй — убийца… и ещё не известно, кто из них больший клоун. Что удивительно, оба по-своему незаменимы.
      Дальше по коридору — Джоли Биндо, преехидный старикан. Серый джедай с Кашиика. Затворник и мудрец. Ну, в определённом смысле: любит потрепаться со сложным выражением лица (когда устаёт имитировать ранний маразм). Ему я очень доверял и именно к нему обычно обращался за советом в тех ситуациях, где не помогало послезнание.
      Рядом с Биндо — Джухани, тоже джедайка. Женщина-кошка с планеты Катарр. Её я вытащил с Тёмной Стороны Силы и, кажется, стал объектом небольшой платонической влюблённости. В принципе, девушка симпатичная. Но ведь полосатая, как тигра, с клыками и с усами. Кроме того, у меня уже была…
      Бастила.
      Я перевёл взгляд на Бастилу Шан.
      Каштановые волосы, карие глаза. Тонкое, милое лицо с пухлыми губами. Чуть приоткрытыми, наверное, от волнения.
      Такая же, совершенно такая, как там… в мире игры, во сне.
      Мой личный кусочек сказки.
      Наверное, улыбка у меня в тот момент была ужасно глупая, потому что Бастила склонилась ещё ниже и обеспокоенно проговорила:
      - Мак, если ты плохо себя чувствуешь...
      - Хорошо, — сказал я. — Всё очень хорошо. Странно… но хорошо. Народ… Пойдёмте в комнату, а? Что мы тут теснимся в коридоре.
      
      
8.
      Не могу сказать, что в комнате сестры стало намного просторнее. Дроиды так и зависли в дверях. Но хотя бы остальные кое-как расселись.
      - Так, — сказал я. — Во-первых, ничего тут не трогайте, особенно комп: сестра меня прибьёт. Ну, компьютер, вот эту коробку плоскую на столе. Кандерус, убери свою… или хотя бы сядь не так широко, что ли. Да. А во-вторых…
      Я замолчал, прищурился и сосредоточился.
      Ничего не произошло.
      - Хе-хе, — произнёс Биндо, и по разочарованному тону я понял, что он делает то же, что и я: проверяет связь с Силой.
      Сила молчала.
      - Бастила? Джухани?.. — сказал я, заранее зная ответ.
      Обе джедайки честно напряглись.
      Затем все четверо форсеров в команде обменялись потрясёнными и какими-то жалкими взглядами. Как свежеиспечённые евнухи в гареме.
      Сила молчала. На кухне требовательно мяукал вечно голодный Паштет, но это был совсем не тот голос, в котором мы сейчас так нуждались.
      - О... — проговорила Бастила. — Мы… отрезаны от Силы?
      Я непроизвольно посмотрел на Джоли.
      - Не знаю, не знаю, — сказал старый джедай, твёрдо возвращая взгляд. — Я ведь просто старый пердун, хе-хе, откуда мне разбираться в подобных тонкостях. Думаю, наш радушный хозяин будет в состоянии кое-что прояснить. Правда, Мак?
      А что я мог им сказать? Что все (за исключением меня и кота) присутствующие — персонажи компьютерной игры, неизвестно каким образом вытянутые мною в реальный мир? Знаю, знаю: логичней было предположить, что «сон» продолжается. Но именно отсутствие Силы стало для меня доказательством того, что мы больше не в игре. Ведь в далёкой-далёкой галактике Сила вездесуща, она не знает ни расстояний, ни времени… ни сомнений?..
      Может, я и ошибался. Но в тот момент решил считать именно так.
      Я ещё раз попытался напрячь тот непонятный орган для связи с Силой, что отрос у меня за время космической одиссеи.
      Ничего. Пустота. Даже не вакуум — полная, насмешливая пустота.
      Мы перестали быть джедаями.
      - Что, малыш, — сипло поинтересовался Кандерус, — на Одарённость можно больше не рассчитывать?
      Он говорил со смешком, но напряжение в голосе почувствовали все.
      - Точно, — отозвался я в тон мандалорцу. — Не выходит… каменный цветок.
      - Это ничего не значит! — с деланной горячностью заявил Карт. — Мы солдаты Республики, и неважно, есть у нас Сила или нет!
      Вся четвёрка бывших форсеров посмотрела на республиканского оптимиста с таким нехорошим прищуром, что Карт осёкся и на всякий случай стушевался.
      - Возьми величайшего из джедаев, отбери у него Силу, — проговорил я, тяготясь повисшей тишиной, — и что останется? Джедаи полагаются на Силу, зависят от неё куда больше, чем сами осознают. Посмотри, как лишённый Силы Одарённый хватается за бластер или световой меч — и ты увидишь… беспомощного ребёнка.
      - Ой… — тихонько сказала Миссия, кажется, слишком близко к сердцу принимая чужую трагедию.
      Трагедию, я был уверен в точности этого слова.
      Потому что смотрел на друзей и понимал, что им сейчас приходится куда хуже, чем мне. Сколько я там пробыл «Реваном», величайшим джедаем эпохи? Пару месяцев, и то в игре. А с ними Сила была всегда, с рождения. Они не знали другой жизни… пока не попали сюда, в реальный мир.
      Если мир вокруг действительно является реальностью, а не очередным вывихом сюжета.
      Да нет, ерунда. Вон царапина на подоконнике, вон лампочки в люстре вперемешку: энергосберегающие и обычные. На кухне Паштет жрать просит, падла рыжая. Всё обычно, как и не улетал. Сейчас немного успокоюсь, позавтракаю... надо будет почту проверить… может, к четвёртой паре в универ метнуся: у меня там вроде как второе высшее потихоньку вызревает. Ах, да! Я же ещё одному человеку насчёт работы отзвониться обещал, а затем…
      А они?
      В смысле, команда.
      Я тут за джедаев переволновался, а следовало-то — за всю команду. Потому что Бастила, Карт, Ордо, Траск и Биндо хотя бы люди, их выдать за местных будет относительно легко. Несмотря на то, что никто из них не владеет русским, а Биндо — вообще практически негр.
      Ну, хорошо. Допустим, он у нас дитя фестиваля. Допустим, из интерната для глухонемых… вся пятерка. Дроидов поставим в угол и накроем ветошью: инсталляция, современное «искусство». Но как замаскировать вуки, женщину-кошку и твилекку?! У неё же из головы натуральные тентакли растут!..
      Я уставился на лекки. Миссия, оценив пристальность интереса, на всякий случай снова их поджала.
      А ведь вопросы легализации на Земле ребята уже обсуждали, подумал я. Может, не так подробно и не в таком смятении, как я сам… но ведь они и не представляют, насколько эти вопросы сложны. Даже в Москве. Которая ко всяким вычурным придуркам основательно притерпелась.
      Хм.
      Хм-хм-хм.
      Кстати, вот и фундамент для очередного гениального плана. Твилекка ведь вполне может притвориться киберготкой. Яркая одежда, грим, лекки оформим под причёску — субкультурщики как раз примерно такие носят. Заалбара поставим на четвереньки и выдадим за ирландского волкодава. А что такого? Девочка-готка выгуливает собачку.
      И заодно кошечку. Джухани, конечно, вряд ли согласится раздеться догола...
      Вот что, что я несу?..
      Так бывает, когда обдумываешь некую по-настоящему сложную проблему: одна мысль цепляется за другую, смятение в голове нарастает, понемногу трансформируясь в панику… Меня просто захлестнул поток проблем — нерешаемых, но подлежащих немедленному решению. Команда смотрела молча, но, думаю, многое понимая: ребята уже очень неплохо меня знали. И я не нашёл ничего умнее, чем поинтересоваться риторически, но, к сожалению, вслух:
      - Чем же я вас кормить буду?..
      - Я почистил картофель, — отрапортовал Траск, словно радуясь возможности перейти к решению более конкретной задачи, — в объёме, достаточном для обеспечения потребностей подразделения.
      - Там хоть осталось? — вяло спросил я, имея в виду ведро под раковиной, где хранился семейный запас картошки.
      - Никак нет, — так же молодцевато ответил Траск.
      - Мак, — мягко сказала Бастила, — мы сходили за продуктами. Я взяла Карта и Ордо, мы нашли магазин. Там даже не потребовалось общаться с продавцом, ты ведь немного рассказывал, как тут у вас устроено.
      - Как везде, — сказал я, вытирая глаза тыльной стороной ладони. Ну да, пока я спал, они тут шустрили. И, понятно, уже успели осознать отсутствие доступа к Силе. — Я не волнуюсь. Просто, понимаешь, я по нашим меркам совсем не богач. Скорее, довольно бедный человек. Ну и… короче, вот.
      - Мы взяли немного флимсипластовых купонов, там, под зеркалом, — осторожно сказала Бастила. — Надеюсь, ты не думаешь, что…
      - Да нормально всё, — заверил я девушку. — А что купили-то?
      - О, хлеб, молоко, — принялась добросовестно перечислять она, — два мясных рулона в пластиковой упаковке…
      Заалбар встрепенулся и прорычал длинную, убедительную тираду, выражавшую обоснованное сомнение в мясном происхождении «мясных рулонов». Заодно порицанию подверглось молоко и в меньшей степени хлеб. Ребята сочувственно кивали и периодически косились в сторону кухни.
      Тут я наконец осознал, что, пока у меня душевные терзания, все хотят жрать. Включая меня.
      - Вот что, — сказал я, решительно вставая. — Военные советы подождут. Я сейчас пойду в ванную, потому что иначе так толком и не проснусь… ну и вообще. А вы давайте там, разбирайтесь. В достаточном объёме.
      И пошёл в ванную.
      Умылся, почистил зубы. Всмотрелся в зеркало, изучая своё лицо.
      Обычное. Осунувшееся, небритое — но я часто так хожу. Наверное, зря: подзадержался в вечных студентах, пора привыкать следить за собой по-взрослому.
      С неохотой намылил щёки и подбородок, достал станок. Как же я отвык от бритья по-земному… Содрогаясь от блеска тонкой стали, прорубил первую колею в неровном слое пены.
      Когда со щетиной было покончено, я смыл остатки пены, набрал в горсть едкого дешёвого одеколона, накрыл лицо ладонью.
      До чего ж больно, мама родная!.. Из глаз ударили слёзы, даже слизистая в носу словно пересохла и сморщилась. Ведь буквально вчера я падал в атмосферу Лехона верхом на космическом линкоре, «Левиафане» — и ничего, не сгорел. А сейчас побриться без припадка не в состоянии.
      Реальный мир — он такой. Многое проясняет.
      - Привет, — прошептал я своему румяному отражению, когда сошли слёзы. На лице выделялась маска распаренных капилляров, в глазах полопались мелкие сосудики: добавить ещё немного красного, и взгляд получится совершенно вампирский. — Соберись… Реван.
      Я оторвался от зеркала, задумчиво посмотрел на дверь. И решил, что пара лишних минут ничего не изменит. И всё-таки забрался в душ.
      И, конечно, парой минут дело не обошлось: слишком остро соскучился я по дому.
      Шершавые струи рукотворного дождя немного успокоили раздражённую кожу и разболтанные нервы. Шлёпая влажными ногами, я вышел из ванной в свежем белье и с твёрдой решимостью вот сейчас как следует подкрепиться, а сразу после завтрака приступить...
      И в этот момент во входной двери заскрежетал ключ.
      

9.
      У меня лучшая в мире сестра! Я говорю это искренне, безо всякого принуждения! Никто не стоит надо мной с утюгом в одной руке и паяльником в другой! Верьте мне, люди!..
      А если серьёзно, Алиска и правда зверски клёвая.
      Она даже не стала бухтеть, что дверь опять оказалась закрыта на засов и пришлось трезвонить. И что ждать, пока я открою, пришлось так долго, тоже не разозлилась.
      А я так долго не открывал, потому что решил всю команду куда-нибудь спрятать. Ну, знаете, затмение нашло, у всех иногда бывает.
      И вот я носился по квартире, открывал то балкон, то всякие шкафы, под диваном коробки быстро-быстро утрамбовывал, прикидывал, кого куда засунуть… короче, тупил от души. Народ сначала взволновался, потом начал улыбаться, потом откровенно ржать.
      Тут уж я спохватился и суету прекратил. И пошёл открывать. Потому что это точно была Алиса: больше у нас так настырно никто не трезвонит.
      - Сколько раз я тебе говорила в трусах по дому не ходить?! — первым делом заявила сестрица.
      А затем увидела гостей.
      Потому что квартирка у нас в самом деле очень маленькая, и смысла растягивать радость знакомства я не видел. Вся команда так и толпилась в коридоре, всячески символизируя дружелюбие.
      - А, — сказала Алиса, прокручивая на пальце ключи и подозрительно оглядывая нашу пёструю компанию. — Вечеринка у Децла дома.
      Любит она дразниться всякой древней тухлятиной. Я этого «Децла» даже никогда не слышал, и всё равно было немного обидно.
      С одной стороны, обидно, с другой… «вечеринка» — это мысль.
      - Косплей! — гордо заявил я. — Помнишь, в том году фестиваль фантастики?.. Вот. Готовимся. Косплей, конкурс, фестиваль. Фантастика.
      - Ну да, ну да, — явно не слушая, протянула сестра. — Стукнутая. Троллейбусом стукнутая.
      Имя своё Алиса воспринимает, по-моему, слишком уж всерьёз, и «Гостью из будущего» цитирует, по-моему, слишком уж часто. «Алиса в Зазеркалье» подошла бы куда лучше.
      Я проследил за взглядом сестры.
      Взгляд безошибочно упирался в Бастилу.
      - Ну да, — повторила Алиса, беззастенчиво рассматривая джедайку. Никакой Силы не требовалось, чтобы заметить, как Бастила стремительно и отчаянно краснеет. — Всё понятно.
      - Что тебе понятно?! — возопил я, понимая, что тоже сейчас заалеюсь.
      - Всё, — твёрдо заявила сестра, переводя взгляд с Бастилы на меня и обратно. — Молодец.
      Сказано это было таким тоном, словно подразумевался какой-то другой термин. Но Алису я знал как облупленную и понимал, что именно «молодец» и подразумевался.
      Сестра у меня психолог. И, как сама любит говорить, «насмотрелась». И на этом основании полагает себя очень взрослой, мудрой и циничной. Но на самом деле она добрая, меня любит (уверен) и всякие мои неудачи на всяких моих фронтах принимает близко к сердцу.
      Как и я её.
      Потому что приехать домой, а там орава каких-то, извините, косплейщиков, и рожи с манерами у них, извините, именно косплейные, и ни один даже по-русски не говорит — это сложно назвать удачей. Я бы из такого вертепа…
      - Я ненадолго, — пояснила Алиса, отпихивая ногой Паштета и направляясь в свою комнату. Ребята расступались перед ней, вытягиваясь в струнку и задерживая дыхание. — Ноут возьму, и обратно на дачу.
      - Как там? — спросил я, двигаясь следом. — Ой, извини, сейчас уберу...
      Световой меч и инопланетная пирамидка так и лежали на журнальном столике! Я быстро протиснулся в комнату и выхватил оба предмета из-под носа у сестры.
      - У тебя своя комната есть, — пробурчала Алиса. — Там клубись.
      - Угу. На даче-то как?
      - Как всегда.
      - Мама?..
      - Ничего.
      - Вы когда?..
      - Завтра. Давай чтоб до этого времени…
      - Не, ну понятно, ты что…
      Вот так мы обычно общаемся.
      Хорошо, когда люди способны разговаривать одними троеточиями. Потому что иначе пришлось бы объяснять то, что обычными словами объяснить невозможно.
      Но ребят всё-таки придётся куда-то уводить, подумал я, сжимая за спиной световой меч. Оружие принадлежало Малаку, рукоять была намного длиннее и массивнее той, к которой я привык. Но мой собственный меч пал смертью храбрых в финальной битве, и теперь…
      Жутко хотелось включить новую игрушку!
      - Я это… ща, — сказал я, спиной вперёд вытанцовывая из комнаты. Алиса распутывала провод питания и отступления не заметила.
      Пирамидку я скинул на руки Миссии, а сам, провожаемый недоуменными взглядами друзей, заперся в ванной. Обеими руками, с непривычным трепетом поднял меч, положил палец на кнопку активации клинка.
      - Эй, ты, косплейщик! — прозвучало из-за двери: Алиска припахивала гостей. — Да, ты, мохнатенький. Там на кухне моя чашка, такая с цветочками…
      Я выдохнул и снова уставился на меч.
      А вдруг не сработает? Доступа к Силе у меня больше нет. Что, если всё, связанное с далёкой-далёкой галактикой в нашем мире потеряло свои свойства, превратилось в обычный реквизит?
      На всякий случай я снова сосредоточился и обратился к Силе.
      Пустота.
      Ничего, кроме пустоты. И даже пустота какая-то совершенно пустая.
      Мир без Силы.
      Сказка кончилась.
      - И печеньки! — донёсся голос Алисы. Ванна резонировала гулко и влажно. — Да, на верхней полке посмотри. Не жарко тебе в такой шевелюре, косплейщик?.. Обязательно новую пачку! С шоколадной крошкой.
      Её любимое.
      А я так и не успел позавтракать…
      Понимая, что просто оттягиваю неизбежное разочарование, я тряхнул головой и, словно кидаясь в омут, нажал кнопку активации меча.
      Рукоять весомо вздрогнула. Плотный и толстый луч алого света вырвался из эмиттера, басовито загудел… и вонзился в самый центр зеркала.
      Брызнули осколки. Я испуганно отжал кнопку. Клинок погас. Ванна резонировала гулко и влажно.
      Сказка упорно не собиралась уступать реальности.
      

10.
      Тут надо рассказать вот о чём.
      В России мы совсем недавно. Раньше наше семья жила на Украине,  в небольшом и очень уютном посёлке, скажем так, городского типа. Население — учёные, инженеры, высококвалифицированные рабочие, которых свозили сюда со всего СССР, в основном, из-под Москвы. И их семьи… вот мы как раз из такой.
      А потом ничего не стало. Не стало нашего дома, нашей улочки и всего посёлка тоже не стало. Так получилось. И податься нам было некуда, потому что в столице области, городе с почти миллионным населением тогда (и сейчас) хватало своих проблем, никто не предоставил бы нам крыши над головой, никто не ждал беженцев.
      Только Россия ждала.
      Не скажу, что совсем уж с распростёртыми объятиями. Но прятаться по подвалам и есть собак нам не пришлось. Мама и сестра нашли работу, я — возможность получить второе высшее. Паштет — новые охотничьи (и романтические) угодья. А самое главное, здесь никто не собирался убивать за то, что мы говорим (и мяукаем) по-русски.
      Ну, и тётка, замечательная, почти святая моя тётка, теперь совсем одинокая, приютила. Другой родни у нас не осталось, у неё тоже… так и устроились. На втором этаже крепкой, хоть и ощутимо запущенной пятиэтажки.
      Я иногда ездил на прежние места: остались связи, осталась возможность подработать, а деньги были очень нужны. Каждый раз возвращался в Россию с облегчением, каждый раз очень скоро начинал тосковать по малой Родине. Когда ностальгия становилась особенно жгучей, выбирался на крышу. Сидел там, смотрел в небо, думал о всяком таком.
      Вот и сейчас: накопилось. Надо было подышать, надо было убедиться, что работающая светошашка мне не примерещилась. Изуродованное зеркало, конечно, намекало, что всё всерьёз, но на крыше можно будет оценить приобретение в полный рост: очень уж длинный оказался клинок, под стать бывшему владельцу. Пусть я больше и не форсер, но обладание таким уникальным для Земли оружием открывало перспективы, которые ещё только предстояло осмыслить.
      Я, как мог тихо, оттянул щеколду и прокрался в коридор.
      Возле кухни, затравленно озираясь, с ноги на ногу переминался Заалбар. В широких волосатых лапах он держал поднос с блюдцем и упаковкой от печенья. Выражение лица у вуки было таким же безумным, как ситуация. С кухни выглядывали Биндо и Джухани, из моей комнаты — Карт, за ним тускло отсвечивал Хикки. Ближе к комнате сестры маялся, но не решался заглянуть Траск Ульго. Остальная команда «Варяга», очевидно, тоже пряталась по щелям. Все старались не дышать.
      Я жестом попросил ребят не волноваться, продемонстрировал рукоять меча и ткнул пальцем в потолок: мол, отойду, скоро буду.
      - Али-ис, — сказал я, заглядывая в комнату сестры. — Я это… ща до мусорки и сразу обратно, надо тут вынести… Народ не обижай, лады?
      - Так в трусах и пойдёшь? — меланхолично уточнила Алиса, изящно прикладываясь к чашке. Оторваться от телевизора она и не подумала, так и сидела нога на ногу в своём любимом кресле. Возвращаться на дачу ей было явно не к спеху.
      Мысленно чертыхаясь, я поискал взглядом подходящие тряпки: ужасно не хотелось снова шлёпать в свою комнату, словно крохотная задержка могла что-то изменить во Вселенной. Кроме чёрного ситхского плаща, ничего подходящего на вешалке не оказалось.
      Сперва с сомнением, но тут же начиная непроизвольно улыбаться воспоминаниям, я накинул и запахнул плащ. Подпалины, торчащие нитки, лёгкий аромат гари… Привычная тяжесть, знакомая фактура ткани.
      Интересно, поместится ли меч Малака в рукавной петле… вошёл как родной, даже лучше моего прежнего!
      Жизнь налаживалась. Если не вспоминать о завтраке.
      Сначала я фыркнул, затем рассмеялся. Смех остался незамеченным: в телевизоре трепетал какой-то заунывный латинский марш, кажется, передавали открытие Олимпиады в Рио. Да, точно: камера показала покрытые густой тропической зеленью холмы, затем медленно полетела вкруг высоченного бетонного памятника с разведёнными руками — статуи Христа.
      Подражая скульптуре, я раскинул руки.
      Правый рукав провис тяжестью оружия.
      Нет, косплеить искупителя мне незачем, потому что искупать нечего. «Родина-мать зовёт!» с мечом в руке подошла бы куда лучше…
      Тут я заметил, что Алиса соизволила повернуться. И рассматривает меня с высокомерным прищуром. Я на всякий случай поглубже надвинул капюшон.
      - Ну да, ну да, — саркастически протянула сестрица. — Косплей. Всё понятно. Как её хоть зовут?
      - Бастила, — ответил я, чувствуя себя довольно глупо. — Она… джедайка.
      - Молодец, — сказала Алиса, отворачиваясь окончательно.
      Дальнейшую судьбу я испытывать не стал: сестрица могла и припахать к уборке или типа того, затем увидать разбитое зеркало… не. Потом придумаю какое-нибудь объяснение, а сейчас — на волю, в пампасы.
      Я тихонечко отжал засов, тихонечко выскользнул за порог, тихонечко прикрыл дверь за спиной.
      Осознал, что вышел босиком.
      Потоптался на коврике, мысленно сплюнул и побежал вверх по лестнице. Лифта в доме нет, но подъезд не такой уж и грязный. Даже довольно чистый.
      И вообще, хороший дом, если честно. И место удобное, и жильцы спокойные. Как-то прижились мы тут. В новостях района периодически бряцали экскаваторами, мол, пора сносить наследие режима, но места здесь не самые престижные, так что инвесторов для запуска точечной застройки не находилось.
      На пятом я огляделся: не собирается ли кто из соседей выйти на площадку. Тишина. Вот и ладушки. Поёживаясь от металлического холода, я поднялся по лестнице, ведущей на чердак. Ключа от навесного замка у меня не было, зато я знал, что обе проушины можно просто вытянуть из пазов (а потом воткнуть на место): конструкция держалась на хлипких саморезах, вкрученных в две давно сгнившие деревяшки.
      Однако, к моему удивлению, замок на привычном месте отсутствовал. Петли были вырваны с мясом, что коммунальщики делать бы не стали. То ли замок выпал под собственным весом… то ли кто-то пробрался на чердак, опередив меня. Да нет, за жильцами я такого не замечал, бомжей в районе тоже не водилось...
      Наверху всё было тихо. Поколебавшись, я всё-таки решил выбраться на крышу. Со световым мечом нигде не пропадёшь.
      Откинул нетяжёлый люк, вылез на чердак. Морщась от затхлого запаха и стараясь не вступить в голубиные подарки, давно натоптанной тропкой прошёл к ступеням на крышу.
      После искрошившегося холодного цемента было приятно почувствовать босыми ступнями нагретый гудрон. Но тепло быстро закончилось: уже через пару шагов крышу накрывала какая-то тень.
      Я поднял голову.
      Упираясь разлапистыми посадочными ногами прямо в выступы несущих стен, передо мной стоял «Варяг».
      
      
11.
      Некоторые рефлексы вырабатываются необычайно быстро.
      Первым делом я метнулся в укрытие, за край технической будки. И оттуда стал обшаривать взглядом небеса.
      Целомудренно пустые небеса, голубые, как глаза двухнедельного котёнка.
      - Что ты ищешь, Мак? — прозвучало из-за спины.
      Я аж на месте подпрыгнул.
      - Ба… Бастила. Не пугай меня так!
      - О, извини, — сказала девушка, подходя ближе. — Но всё-таки?..
      - «Левиафан», — пояснил я.
      - Откуда здесь взяться «Левиафану»?
      - А откуда здесь «Варяг»? — ответил я вопросом на вопрос.
      - Мы на нём прилетели, — объяснила Бастила таким тоном, словно только и делала, что путешествовала между мирами. Хотя в каком-то смысле это правда: жителям далёкой-далёкой галактики подобные скачки должны казаться гораздо меньшей экзотикой, чем землянам.
      - Как «прилетели»? Вот так взяли и прилетели?
      До меня вдруг дошло, что если мы и вправду «вот так взяли и прилетели», то далёкая галактика может оказаться не такой уж и далёкой… а воображаемый мир не таким уж и воображаемым.
      По позвоночнику пробежал холодок. Мысль оказалась неожиданно пугающей. По сути, наша маленькая Земля совершенно беззащитна даже перед самым слабым боевым корабликом из «Звёздных войн»…
      К счастью, следующие слова Бастилы оказались такими:
      - О, нет, не то чтобы именно прилетели… После битвы в Храме Древних мы погрузили тебя на «Варяг»… ты ведь был без сознания, помнишь?
      - Помню, — сказал я, сознавая вопиющую нелогичность согласия.
      - У тебя были сломаны рёбра и ноги, мы дали тебе колто. И направились на соединение с флотом адмирала Додонны. Но как только «Варяг» вошёл в гипер…
      - Мир мигнул? — догадался я, вспоминая игровой опыт путешествий.
      - О… да, пожалуй, это верное слово. «Мигнул».
      - И вы оказались здесь?
      - Да, Мак. Ведь это твоя родная планета? — сказала Бастила с несколько странной интонацией. Досье настоящего Ревана джедайка читала и не могла не знать, откуда тот родом на самом деле.
      - Но как вы нашли мой дом? — воскликнул я, начиная, впрочем, кое-что понимать.
      - Никак. «Варяг» выпал из гипера в статике, прямо над этой крышей.
      - Это же обычная хрущёвка! — сказал я, сглатывая вмиг загустевшую слюну. Перед глазами проносились страшные картины складывающих под дополнительным весом панельных зданий. Это в далёкой-далёкой галактике наш кораблик считается лёгким фрейтером, но земной-то бетон — далеко не пермакрит. — У тебя хватило ума посадить сюда такую махину?!.
      - О, за штурвалом сидел Карт Онаси, — заверила джедайка, делая рукой щедрый жест. — Он ведь гораздо лучший пилот, чем я.
      Я обернулся к ступеням на чердак.
      Гораздо лучший пилот приветствовал меня коротким кивком.
      - Репульсоры стоят в режиме автоматической гравикомпенсации, — сказал он с небрежной гордостью. — И я просканировал структуру здания: прочность на сжатие достаточна.
      Крепка была советская власть, подумал я, каждая хрущоба — готовый космодром. А вслух сказал:
      - Привет, Карт... И ты, Траск. Джоли. Хикки. Джухани, Кандерус… Вы что, все сюда ломанулись, что ли?!
      - Ты же приказал подниматься за тобой, — напомнила Миссия Вао, перепрыгивая порожек. — Джу, ну, подвинься!
      - Я приказал? Ах, да… — протянул я, вспоминая, как тыкал пальцем в потолок. Показывал, что иду на крышу.
      Всё, что может быть истолковано неверно — будет истолковано неверно.
      - И это вы сломали замок на чердаке, когда спускались, — сказал я, мысленно восстанавливая цепочку предшествующих событий. — А квартиру нашли… привет, Заалбар. По запаху!
      - Wuahh?
      - Поставь Тэтри, он тяжёлый. Вы нашли мою квартиру по запаху. Угадал? Для вуки же это элементарно, безо всякой Силы.
      Слово за слово — непонятное становилось очевидным.
      Мы сгрудились в кучку, разговаривали, смеялись, обсуждали прошлое, настоящее и будущее, возможное и невозможное. Тэтри катался кругами и притворно жаловался, что вязнет в тёплом гудроне. «Варяг» возвышался над миром, щеголяя свежей окалиной и мерцая камуфляжным полем. Картины обрушенного здания постепенно оставляли моё воображение. А когда наконец совсем оставили, оказалось, что высокое собрание как-то само собой перебралось сначала на аппарель, затем во внутренние помещения «Варяга».
      Внутри бывший «Чёрный ястреб» выглядел… да как обычно он выглядел, ведь в мире игры я покинул кораблик буквально вчера. Кое-что из обстановки стояло не на своих местах, часть аппаратуры побилась. Заметно было, что звездолёту досталось. Но этот крепкий, живучий и задиристый кораблик не боялся передряг.
      - А он, мятежный, ищет бури… — продекламировал я, проводя ладонью по бронестеклу рубки. Мёрзли босые ноги.
      - М? — рассеянно сказал Карт. Вернувшись за пилотский пульт, он сразу же прилип к приборам, и я подумал, что переход в чужой мир дался солдату Республики ой как непросто.
      Попаданец наоборот.
      Вся моя команда — попаданцы наоборот. И кроме меня, позаботиться о них некому.
      - Слушай, Карт, — сказал я, решаясь привести в движение план легализации, который давно уже зрел в голове, а теперь обретал черты исполнимого. — Ведь «Варяг» на ходу?
      - Полностью, — отозвался Онаси так быстро, словно ожидал этого вопроса. — Мы в Неизведанных регионах, Мак, у меня нет звёздных лоций, но это не означает, что невозможно найти дорогу домой. Мы вполне можем выйти к любому оживлённому гиперузлу, а уж там...
      - Ты даже не представляешь, насколько неизведанные тут регионы.
      Он замолчал так же резко, как до этого включился в разговор, и я подумал, что степень здешней неизведанности Карт представляет себе несколько отчётливей, чем пытается показать.
      - У тебя есть орбитальные снимки?
      - Нет. Если надо, можно выйти на орбиту. Камуфляжное поле гарантирует, что глобальные системы слежения нас не засекут.
      - А локальные? — сказал я, думая о том, что нет смысла рисковать быть принятым за несанкционированный запуск ракеты. Третья мировая в мои текущие планы не входила.
      - Хм. Мак, что конкретно ты задумал?
      
      
12.
      - Было приятно познакомиться с твоей супругой, Мак, — непривычно сдержанным, гражданским голосом сообщил Траск Ульго, пока вся команда собиралась в кают-компании. — Всегда отрадно видеть женщину не только привлекательную внешне, но и с сильным, целеустремлённым характером.
      - Что? Какая ещё... Не супруга, Траск, никакая не супруга! Алиса — моя старшая сестра! «Супруга», пфе...
      - Сестра... Ах, сестра!.. — с облегчением пробормотал Траск.
      Бедняга, подумал я, прозревая. Впрочем, Алиска — девица весьма и весьма симпатичная. А характер… ну, да, «целеустремлённый». На неподготовленного собеседника впечатление может произвести чрезвычайное. Понятно, почему Траск запал: он у нас любитель дисциплины, вояка кадровый, потомственный... Жаль, что воображаемый.
      А Бастила?
      Как насчёт Бастилы? Она ведь тоже — из нереального мира. Над амурными поползновениями Траска я сходу готов посмеяться, потому что он персонаж игры, но сам кручу роман с таким же персонажем… и никакого смеха, разве что от нервов.
      - Найдено, скачано, загружено, — прервал мои терзания Кандерус Ордо, вваливаясь в рубку.
      - Карт, можешь это вывести на панель в кают-компании? — спросил я, передавая пилоту голодиск. — И подходи сразу.
      Когда вся команда собралась, и на большом мониторе высветилась карта земной поверхности, я приступил к изложению очередного Гениального Плана.
      Идея была проста и по-своему цинична. Для легализации ребят на Земле я собирался воспользоваться войной на Донбассе.
      Если современная Украина и умеет что-то производить, так это смерть, нищету, разруху и вынужденных переселенцев. А куда деваться беженцам? Правильно, в последнее пригодное для жизни место на Земле: в Россию.
      И Россия принимает беженцев по упрощённой процедуре. Иногда даже вовсе без документов, но я всё-таки собирался подключить донецкие связи и добыть кой-какие бумажки. Может, это и не совсем законно, только в эпоху всеобщего беззакония невозможно досконально соблюдать закон, а ребят как-то устраивать надо. Со временем (и при наличии денег) даже паспорта можно будет организовать.
      Понятно, такой подход не мог сработать с Заалбаром, Джухани и дроидами. Но не всё сразу.
      Я изложил ситуацию команде.
      Команда не подвела.
      - План хорош, — хрипло заявил Кандерус. — Но почему бы нам просто не остаться на этом твоём Донбассе? В боевом плане мы слажены отлично, рядовых бойцов можно набрать из разбитых кланов… посёлков, всё равно. Если технологический уровень твоей планеты настолько низок, никто не остановит нас на пути к...
      Мандалорец, подумал я, пока народ азартно обсуждал идею. Он бредит своими Кланами, он готов ввязаться в любую войну, в любом мире, если это даёт ему хотя бы призрачную надежду на возвышение.
      И самое жуткое, что я готов его поддержать. Хоть умом и понимаю, насколько малы шансы на победу и насколько велики — на предательство. Потому что стоит начать активные боевые действия, и скрыть факт существования «Варяга» станет невозможно. А за инопланетной технологией начнут охотиться все стороны конфликта, причём временно забыв личные разногласия. И приведёт это, скорее всего, к обмену ядерными ударами: потому что никто не станет сдерживаться, если противная сторона получит такое преимущество.
      Да, очень сильно хочется выбить зубы американским фашистам и их укропским шавкам.
      Очень сильно хочется отомстить.
      Слишком сильно тянет… Тёмная Сторона?
      Если бы у нас была Сила, если бы. Никакой обычный солдат не в состоянии потягаться с джедаем. Любая военная «тактика» — ничто в сравнении с Силой.
      Но сейчас… мы не можем позволить себе кинуться в бой очертя голову. Сперва необходима разведка, подготовка какой-никакой позиции. Легендирование ребят на Земле, в конце концов.
      Этого слона тоже придётся есть по кусочкам.
      Собираем вещи, летим на Донбасс, прячем звездолёт (и пушисто-металлические составляющие экипажа), я как раз знал одно отличное укромное местечко на Кальмиусе. Затем — согласно плана.
      Примерно так я и объяснил команде текущую диспозицию. И команда, ясное дело, согласилась.
      Теперь оставалось захватить мой нетбук (почта, контакты, всё такое прочее), одежду и обувь (ноги очень мёрзли), хоть немного еды (жрать очень хотелось).
      Народ с тем же азартом стал готовить корабль к новому путешествию. Траск вызвался сбегать за вещами. Я попросил Карта проверить навигацию, энергетику и особенно — генератор камуфляжного поля. От Москвы до Донецка — час лёту. Обидно было бы попасться на глаза ПВО.
      Карт согласился и врубил движки, приподнимая машину на репульсорах.
      Мир мигнул.
      Всё, что может пойти не по плану — пойдёт не по плану.
      Скажу сразу: позавтракать мне в тот день так и не довелось.
      И на Донбасс мы тоже не попали.