«И нет Силы там, где нет простоты, добра и правды»
книги автора
Глава 14. Старые раны


63.
      На Земле у меня было только одно настоящее ранение. Ну, относительно настоящее: полоснуло осколком мины по ягодице. Много крови, ещё больше смеха, две недели сна на животе. И симпатичный шрам, которым даже не похвалишься.
      А в далёкой-далёкой галактике… дайте вспомнить. На бедре лёгкий след от бластера, гематомы повсеместно, сломанные рёбра и ноги. Это всё в прошлом забеге. В текущем — ожог на груди и сотрясение так называемого мозга.
      От Ревана я ожидал большего. Судя по той сверхъестественной лёгкости, с которой он штурмовал небоскрёб Вогги и перебил Магистров…
      «Меня снова спасла Бастила». Вот какую фразу до конца своей жизни буду я повторять, рассказывая о сегодняшней бойне. Но на самом деле, ребята, чёрта с два девушка остановила бы Ревана!
      Он просто не хотел меня убивать.
      Играл, издевался? Не думаю, не тот характер. Я в нём даже настоящей Тьмы не ощутил. Только холодную, потустороннюю, сумасшедшую какую-то рациональность.
      Смешно: «сумасшедшая рациональность». Так бывает: чужая разумность кажется безумием, глупостью, абсурдом. Так бывает, когда чужая разумность сильно превосходит твою собственную. Помните «Место встречи изменить нельзя»? Когда Шарапов играет на пианино сложную фугу, а дурак Промокашка ему кричит, мол, что за фигня, это и я так могу! «Мурку» давай!
      Вот и мне пришло время почувствовать себя Промокашкой. Реван явно действовал крайне целеустремлённо, решал какую-то абсолютно чётко определённую им задачу. Но я не понимал, какую, поэтому действия Ревана казались мне необъяснимыми. Он охотился на меня, но в то же время… чёрт, слишком сложно!
      Я был так вымотан эмоционально, что даже не пытался анализировать краткий и сумбурный разговор с Реваном перед дракой. Что бы он ни говорил тогда, это было попыткой манипуляции. Позже, в более спокойном состоянии духа, я смогу вспомнить всё и пусть очень примерно, но понять цели противника. Только не сейчас.
      «Ты меня убил»… чушь. Хочешь обвинить кого-то в том, что посторонний человек занял твоё место — обвиняй Силу. Нечего тут шашкой махать.
      Я машинально потрогал прореху на груди. Задел обожжённую кожу, еле сдержал стон.
      - Больно, да? — встрепенулась Бастила. — Больно? Не вставай, лежи спокойно, я сейчас…
      - До свадьбы заживёт, — ответил я, любуясь девушкой.
      Нормальной. Взволнованной, напряжённой, взъерошенной после боя — но всё-таки нормальной. Прежней, словно поединок с настоящим Реваном в один миг вытряхнул джедайку из того вяло-мечтательного оцепенения, что отдалило нас друг от друга в последние дни. Не думаю, будто Бастила, как сказал бы какой-нибудь пошляк, «сделала выбор». Нет, просто моя с ней связь с Силе оказалась мощней.
      Не самая приятная для мужского самолюбия мысль, но самолюбию полезны регулярные оплеухи. Мы как биологический вид вообще не созданы для комфорта, а за любовь близкого человека надо бороться всю жизнь… как сказал бы какой-нибудь пошляк.
      Бастила посмотрела на меня таким горячим и виноватым взглядом, что мне стало стыдно за неуместные философствования. Могу ли я доверять ей? Какая разница, если всё равно буду.
      А остальной команде?
      А команда — мне?
      И мне — которому?..
      С деланным кряхтением я поднялся с койки.
      - О, но подожди хотя бы колто, — заокала Бастила, избытком заботы компенсируя недавнюю, хм, амбивалентность.
      Я взял её ладонь, накрыл дыру в своём мундире:
      - Чувствуешь? Сердце бьётся, внутри всё цело. А снаружи… потом замедитируем. Не нужен мне никакой колто. Нет времени. Надо решать, что делать дальше.
      
      
      Решали быстро. Команда у меня притёрлась уже до такой степени, что по критичным для выживания вопросам споров почти не возникало. По мелочам — ещё как, иной раз до крика. На то они и мелочи.
      Другое дело, что выбора особого и не было. Мы снова оказались в ситуации, когда о сознательном управлении обстоятельствами говорить не приходилось. Мир выставлял против нас одну угрозу за другой, всё абсурднее и абсурднее, мы реагировали, куда-то бежали, рубились с кем-то, не понимая, зачем и почему…
      Великая Сила упорно не позволяла мне остановиться и хоть немного подумать, хоть что-то понять. Давала прочувствовать, что на самом-то деле вовсе я не Реван, а так, эрзац-бублик на голодный год: только чтоб дотянуть до появления настоящего главного героя.
      Который как раз обстоятельствами управлял крайне умело. Вылез ниоткуда, бодрыми щелбанами перебил кучу народа, развалил половину Нар-Шадда. Бастилу чуть с ума не свёл, скотина. Затем по-хозяйски припёрся на Дантуин, дистанционно промыл мозги Совету, так что изначально дружелюбные и гостеприимные Магистры на ходу переобулись и попытались отрезать меня от Силы…
      - И где нам их искать?
      Я с усилием выдернул себя из тягостных размышлений:
      - Кого искать?
      - Магистров, — терпеливо пояснил Карт. — Ты сказал: надо лететь к выжившим членам Совета. Значит, Корусант?
      - Какой там Корусант, — отмахнулся я, — ты ещё на Тайтон предложи… Бастила, где-нибудь ещё поблизости есть база Ордена? Желательно, с эскадрой, хорошей такой боевой эскадрой.
      Но прежде чем джедайка успела раскрыть рот, вмешался Кандерус.
      - Зачем тебе эскадра, Мак? — поинтересовался он с характерной надменной усмешкой. — Тебя так напугало одно маленькое судёнышко? На флагман Малака ты полез без особых истерик.
      - Это тебе не Малак, — мрачно сказал я. — Это Реван.
      Угу, я уже рассказал народу о встрече со своим Тёмным братиком. В самых кратких и энергичных выражениях.
      - И что? — спросил мандалорец. — Одним Реваном больше. Ты, конечно, изрядная заноза в заднице, но галактика и не такое переварит, даже в двойном размере.
      - Галактика переварит, — согласился я, даже не пытаясь поддержать пикировку. — А вот мы этим Реваном подавимся. Вернее, он нами. Вернее, он-то нами как раз…
      Худо-бедно покатилось обсуждение, экипаж оценивал, осознавал, прикидывал варианты. Я отошёл к иллюминатору. Стоял, смотрел в пустоту за бронестеклом. Пытался понять, почему Реван пощадил меня. Понимание никак не приходило.
      С одной стороны, не просто пощадил, а спас: ведь заявился-то он в тот самый момент, когда Магистры собирались отрезать меня от Силы. С другой стороны, почему они собирались это сделать? Вот серьёзно: почему?
      Единственная причина, что приходила в голову, заключалась в Силовом воздействии Ревана. Он влиял на Бастилу, он же повлиял на Совет. Но опять: зачем? Неужели считает меня угрозой? Но тогда зачем спасать в последний момент?
      Ага, тогда вот что вырисовывается. Я ведь не собирался просто так сдаваться Магистрам. Что если сопротивление ритуалу должно было привести к моей гибели от их рук? Получается, Реван хотел отрезать меня от Силы, но не мог допустить смерти? И снова, снова: почему?! Фантасмагория какая-то.
      - Бастила, — сказал я, когда девушка подошла и встала рядом. — Я похож на психа?
      - О да, — с улыбкой ответила джедайка, к счастью, не пытаясь ничего пояснять.
      - Как ты себя чувствуешь? — после недолгого молчания спросил я.
      - Хорошо. Всё прошло, всё это… наваждение. Мак… ты простишь меня?
      - За что? — удивился я, чувствуя, что удивляюсь совершенно искренне. Как тогда, в открытом гипере, между нами не было сейчас никаких преград.
      - Он Реван, — очень тихо произнесла джедайка. — Он…
      - Знаю. Он настоящий, а я всего лишь…
      - Мак. Ты — тоже настоящий. В том-то и дело.
      Мы повернулись друг к другу. Лицо девушки было спокойно, взгляд непроницаем, но я смотрел Силой.
      - Столько Реванов — и все настоящие. Ни одной китайской подделки.
      Она вежливо улыбнулась:
      - Китай — это ведь местность на твоей родной планете, да?
      - Да, страна такая. Бастила. Ты же знаешь: я из другого мира. Ну как, как я могу быть — настоящим?
      - О, ты и не можешь, — согласилась джедайка. — Но это так.
      - Сила не ведает разницы между оригиналом и подделкой? — кривовато усмехнулся я.
      - Мак, откуда нам знать, что она ведает и чего не ведает.
      «Я похож на психа?», неуместно всплыло в памяти. Пустота снаружи сгущалась. Корабль приближался к точке прыжка на автопилоте: Карт утверждал, что, кроме «Варяга», в системе нет ни единого корабля. Очевидно, «Чёрный ястреб» Ревана оставался на поверхности Дантуина. Даже взлети он прямо сейчас, догнать нас здесь уже не смог бы.
      Но обязательно сделает это позже.
      Я повернулся к круглому столу. Споры стихли: экипаж внимал.
      - Нам нужны союзники, — сказал я. — Пока мы сумели найти союзников только в одном месте: на Телосе. Не знаю, как всё повернётся дальше, но дантуинская эскадра сейчас там. И выжившие Магистры, Дорак и Лестин, тоже там. Итак, Телос?
      - Да ты прям как таунтаун на привязи. Хе-хе. Любишь ходить по кругу.
      - Нет, Биндо, терпеть не могу, — ответил я, против воли вспоминая, сколько раз переигрывал «Рыцарей Старой Республики». — Но если уж ходишь кругами, лучше не врать себе, будто идёшь по прямой.